The Legend of Nara
Apr. 30th, 2008 05:25 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mkay422Нара, древняя (в 700-м столетии нашей эры) столица Японии, ныне сравнительно небольшой городок, находится в часе езды на электричке от Киото.
Городок маленький, но старинный, вполне может составить конкуренцию даже Киото по количеству, древности и мистичности буддийских храмов и монастырей.
Я провел в городе один день. Извиняюсь за качество фотографий - в основном за заваленый горизонт, т.к. приходилось удерживать еще и зонтик.
Еще в поезде я заметил пару туристов, его и ее, примерно средних 30-и, из Европы. Прибыли в Нару; станции в поезде объявляли исключительно по-японски. В Наре дождь лил, как из ведра, и моему взгляду предстала неказистая привокзальная площадь.
- Нара-Фоминск какой-то, - подумал я.
Для начала я решил позавтракать и вошел в кофейню; внутри, по углам, сидело человека три японцев. Через секунду дверь отворилась, и в кофейню вошла все та же пара, прошли внутрь прямо с зонтиками, зонтики бросили на стол, с них капало. Только я изучил меню и открыл рот, чтобы сделать заказ, девушка привычным маневром ловко вклинилась между мной и прилавком и попросила два капуччино.
Далее, к историческим местам, чуть меньше километра, я прошел боковыми улочками; миновал маленький базарчик, попал на относительно главную дорогу -
и вышел к озеру у 5-этажной пагоды.
На площади перед пагодой я заметил далеко впереди фигурку японца, подошедшего к уже известной нам паре. Он что-то им сказал, поклонился, в руках у него была какая-то папочка, и он при этом неуклюже держал зонтик. Вон они, справа вдалеке.
Солиситор, подумал я, хотя подсознательно отметил несоответствующую робость и неуклюжесть японца. Парень вопросительно посмотрел на спутницу и нерешительно изобразил отказ; женщина же четко, отрицательно и довольно резко мотнула головой, они отодвинулись от японца вбок и пошли дальше. Пока я занимался выбором ракурса и фотографированием пагоды, японец проделал еще одну робкую попытку – с парой относительно пожилых американцев. Американка прямо-таки испуганно шарахнулась в сторону, они убыстрили шаг и ушли. Потом я смотрел в объектив и вдумчиво нажимал на спуск, а когда, наконец, оторвался от видоискателя, японец стоял рядом со мной и ждал, пока на него обратят внимание. – Извините пожалуйста, - сказал он монотонным голосом наизусть заученную фразу, не выдавая никаких вопросительных интонаций, - вы турист? Вы говорите по-английски?
Я кивнул и сказал, - да, - и он тут же, почти не дожидаясь ответа, продолжил заученную фразу – вы не будете возражать, если я предложу вам экскурсию по местным достопримечательностям, - совершенно бесплатно, - торопливо добавил он, - и опять вызубренное – я пытаюсь немножко есть тренировать свой английский, чтобы иметь возможность попутешествовать по миру. Я вам тут все показать, я буду хорошо стараться, и все совершенно бесплатно. Вы не могли бы согласиться на мое предложение?
- О-оооо_кей, - нехотя проскрипел я вслух, а сам в это время думал, - Вот же ж черт, мало того, что дождина, тут еще этот, едва говорящий по-английски со шпаргалкой. В голове у меня четкий план с расписанием, что и как обежать оптимальным способом, пофотографировать вволю, полюбоваться, подумать о своем, а тут этот вот японец. – Правда? Спасибо, спасибо огромное – сверившись с бумажкой, перевернув страницу, - за оказанную мне честь, - радостно воскликнул японец, услышав мое ленивое согласие, и еще раз сверился со своими бумажками. – Мы сейчас обойдем эту пагоду, пройдем мимо музея, посмотрим храм Большого Будды, а потом..... – залопотал он на ломаном английском, заменяя почти все Л на Р.
- Только я буду много фотографировать, с остановками, - предупредил я его.
- Вы не могли бы повторить, что вы сказали, только помедленнее? Попросил японец. Он заметно нервничал, руки у него слегка дрожали, и каждую фразу, прежде чем сказать вслух, он дважды сверял со своими бумажками. Дождь усилился, добавился ветер, и брызги залетали под зонтик, бумажки у него стали намокать и приобретать вид мочалки.
- Скажите пожалуйста, как ваше имя? – спросил он, и, удерживая зонтик, полез в карман за авторучкой. – Call me Misha, - ответил я, и спросил его имя. Его звали Сугимото. Мистер Сугимото-сан, значит, по-нашему. Я с завистью подумал о том, как ловко от него избавились – и ведь прямо у меня на глазах - предыдущие кандидаты на экскурсию. Без жалости, однако, смотреть на Сугимотину суету со шпаргалками было невозможно, и, следуя японской философии, я решил терпеть, ничему не удивляться, и попросту считать, что вот так, значит, и надо, раз так вышло.
Мы обошли пагоду, он попытался немного рассказать о ее истории, не слишком успешно, впрочем (пагода построена в 700-х; отреставрирована в 1400-х, является второй по высоте в Японии); потом мы вышли к музею Нары, обошли группу оленей со школьниками и начали подниматься в гору. Я спросил Сугимото, как он так решил стать экскурсоводом. Он объяснил, что осенью вышел на пенсию, что ему 53 года, что он работал инженером в Шарп, в подразделении банковских технологий, MICR printers and readers. Потихоньку его стеснительность и волнение начали отпускать, английский улучшился и уже потек плавнее, прямо на глазах. Он учил английский давно, в университете, но с тех пор не пользовался. За всю жизнь был один раз в Штатах, в ЛА, лет 20 назад, одну неделю.
Вскоре мы подошли к Todaiji Temple - Daibutsuden. Сугимото-сан засуетился, попытался свой билет купить сам, но я ему не дал.
По пути к храму надо пройти большие ворота, им более 1000 лет. С боков ворота охраняют устрашающие скульптуры.
Храм перестроен заново после пожара, в 1709, 2/3 оригинального размера; это самое большое в мире деревянное здание. Будда – 16 метров, одна из самых больших бронзовых статуй. Изначально был отлит в 746 году. Это – уже повторный отлив. 437 тонн бронзы и 130 кг золота.
Дети пролезают в дыру в столбе. По преданию эта дыра - ноздря Будды, и тому, кто через нее пролезет, будет счастье. Сугимото-сан в детстве тоже лазил.
Сугимото-сан разрешил себя сфотографировать. Долго отнекивался, но я ему сказал - жена спросит, с кем на экскурсию ходил? С девушкой-гидом, небось? А я ей тогда фотографию покажу. Этот довод оказался убедительным.
Далее Сугимото-сан повел меня через темный парк. Черные ветви деревьев, накрывающие древние каменные светильники вызывали мистические ощущения. К этому времени мы уже довольно свободно разговаривали, найдя общий язык, необходимый лексикон и привыкнув к произношению. Дождь, по-видимому, продолжался, так как рукав моей куртки с одной стороны был совершенно мокрый; при этом с моим спутником было легко и интересно, и понятно, куда мы идем, карта валялась забытая в кармане; я испытывал тихую радость, будучи избавленным от задач ориентирования на местности.
- Осенью здесь очень красиво, - сказал Сугимото, когда листья становятся красными и желтыми.
- В России мы называем это время Золотой Осенью, - сказал я.
-Правда? – обрадовался Сугимото. По-японски, дословно, у нас это тоже называется Золотым Временем Осени. Он назвал созвучные иероглифы – осенний листопад и золото звучат по-японски очень похоже.
Вскоре мы пришли к храму Kasuga Taisha.
У входа в храм стоят пожертвования Будде - бочки саке и ящики пива.
Здесь Сугимото-сан показал, как следует по-буддийски омывать руки в источнике перед входом в храм. Набрать чуток воды из-под струи в ковшик, полить на одну, на другую руку, а остатку дать стечь по ручке ковшика, подняв его вертикально, чтобы он остался чистый.
Kasuga Taisha изначально сооружен в 8-м веке; деревянная структура перестраивается каждые 20 лет. Это синтоистский храм.
Далее, от Касуги, аллеи идут вверх, по подножию горы. Верх горы скрыт облаком и аэрозолью дождя. Мертвые каменные светильники. Как они должно быть, светятся в сумерках. Чем выше мы поднимались, тем больше было светильников вдоль тропы, и вскоре они уже стали попадаться даже в два ряда.
По поверью, в оранжевых "ульях"-избушках живут боги.
Сугимото-сан привел меня к двум маленьким храмам, которые вообще едва ли упоминаются в путеводителях. Он долго извинялся, т.к. они не имеют столь важного архитектурного или исторического значения с точки зрения туриста, однако они играют очень важную роль в духовной жизни японцев.
Kasuga Wakamiya: Honden - Храм успешного бизнеса.
Kasuga Wakamiya Hainoya - Храм Любви и Благоденствия.
(Кажется, правильно написал названия; точно не уверен).
Храм любви и благоденствия. Внутри – легко и светло, бамбуковые стены и циновки, мягкий свет, что особенно удивительно после холодных темных аллей под черными скрюченными ветвями, и рядов мертвенно-молчаливых каменных лампад. Пожилая очаровательная японка с круглым лицом, лучистыми глазами и молчаливой, согревающей улыбкой. Сугимото рассказал ей обо мне, об оставленной дома семье, о моем путешествии. Японка заговорила тихим, шелковым голосом, полезла куда-то в шкафчик, достала белый конвертик с иероглифами, вложила в него малюсенький другой конвертик с какими-то письменами и протянула его мне. – Это подарок тебе, сказал Сугимото. – Домо аригато гозаймас, - сказал я и поклонился. Японка заулыбалась, поклонилась несколько раз, - Пожалуйста-пожалуйста, не стоит благодарности. Спасибо, что зашли. Приезжайте в следующий раз с женой (не знаю, как я все это понял, но именно так она и сказала).
Мы вышли.
– А что в конвертике? – спросил я. – Там рисовое зернышко, символизирующее будущий урожай, чтобы было процветание и счастье в вашем доме, - ответил Сугимото.
На улице, под дождем, вблизи храма стояло пятеро итальянцев и, как стадо баранов, смотрело на ворота, преиодически сверяясь с путеводителем и картой. Пара особо любопытных из них все же заглянули в храм; японка сидела, не двигаясь, как статуя, чуть-чуть улыбалась и молчала, глядя сквозь них.
От храма отходила в темноту парка, над ручьем, узкая тропинка - Тропа Любящих Новобрачных, о чем извещала маленькая табличка с иероглифами. Когда-то Сугимото с женой шли по той тропе после свадьбы. Меня он тактично повел в обход.
Сугимото и я шли от храма через темные аллеи, сквозь ряды каменных светильников вниз, в основном молча.
Остановились у маленькой чаевни с бамбуковыми решетками, внутри, удобно устроившись в уголке, выпили зеленого чая и съели по маленькой (но удивительно сытной) чашечке сладкого бобового супа с рисовой котлеткой. Потом пошли дальше вниз.
Аллея парка изогнулась в последнем изгибе, обогнула куст и дерево, пронырнула под воротцами и закончилась, как отрезало, на городской улице Нары, на другой стороне стояли японские дома, напоминающие хижины, с окнами, закрытыми бамбуковыми циновками. Мы стояли на границе старых кварталов Нарамачи. Наша экскурсия закончилась, настала пора прощаться. – Сугимото-сан, - спросил я, - а давно вы вот так экскурсии устраиваете?
- Сегодня первый раз, смущенно ответил Сугимото с робкой улыбкой, и его английский немножко высох. Спасибо большое, что вы согласились со мной провести время и выслушать мой очень неуклюжий рассказ, - добавил он и поклонился.
- Совсем даже не неуклюжий. У вас на самом деле здорово получается, - возразил я, и тоже начал чего-то стесняться. Мы по-японски раскланялись, поблагодарив друг друга несколько раз, и Сугимото, пригнувшись, сосредоточившись и накрывшись зонтиком, прибирая ставшими ненужными шпаргалки, и все равно держа их бережно двумя руками, пошел по своим делам, аккуратно переступая через лужи.
Неподалеку на тротуаре стояла все та же, известная пара туристов, вертящих карту и так, и эдак. Они выглядели уставшими, в том числе, и друг от друга, промокшими и разраженными, судя по жестам и обрывкам фраз, обсуждали маршрут и решили парк и Храм любви пропустить и идти назад на поезд.
-----------
Я еще с часок, наверное, погулял по Нарамачи. Там симпатичные домики и маленькие ресторанчики.
Выйдя к озеру у 5-этажной пагоды, я постоял немного, посмотрел на круги, разбегающиеся по воде от капель дождя, и пошел на станцию.
Городок маленький, но старинный, вполне может составить конкуренцию даже Киото по количеству, древности и мистичности буддийских храмов и монастырей.
Я провел в городе один день. Извиняюсь за качество фотографий - в основном за заваленый горизонт, т.к. приходилось удерживать еще и зонтик.
Еще в поезде я заметил пару туристов, его и ее, примерно средних 30-и, из Европы. Прибыли в Нару; станции в поезде объявляли исключительно по-японски. В Наре дождь лил, как из ведра, и моему взгляду предстала неказистая привокзальная площадь.
- Нара-Фоминск какой-то, - подумал я.
Для начала я решил позавтракать и вошел в кофейню; внутри, по углам, сидело человека три японцев. Через секунду дверь отворилась, и в кофейню вошла все та же пара, прошли внутрь прямо с зонтиками, зонтики бросили на стол, с них капало. Только я изучил меню и открыл рот, чтобы сделать заказ, девушка привычным маневром ловко вклинилась между мной и прилавком и попросила два капуччино.
Далее, к историческим местам, чуть меньше километра, я прошел боковыми улочками; миновал маленький базарчик, попал на относительно главную дорогу -
и вышел к озеру у 5-этажной пагоды.
На площади перед пагодой я заметил далеко впереди фигурку японца, подошедшего к уже известной нам паре. Он что-то им сказал, поклонился, в руках у него была какая-то папочка, и он при этом неуклюже держал зонтик. Вон они, справа вдалеке.
Солиситор, подумал я, хотя подсознательно отметил несоответствующую робость и неуклюжесть японца. Парень вопросительно посмотрел на спутницу и нерешительно изобразил отказ; женщина же четко, отрицательно и довольно резко мотнула головой, они отодвинулись от японца вбок и пошли дальше. Пока я занимался выбором ракурса и фотографированием пагоды, японец проделал еще одну робкую попытку – с парой относительно пожилых американцев. Американка прямо-таки испуганно шарахнулась в сторону, они убыстрили шаг и ушли. Потом я смотрел в объектив и вдумчиво нажимал на спуск, а когда, наконец, оторвался от видоискателя, японец стоял рядом со мной и ждал, пока на него обратят внимание. – Извините пожалуйста, - сказал он монотонным голосом наизусть заученную фразу, не выдавая никаких вопросительных интонаций, - вы турист? Вы говорите по-английски?
Я кивнул и сказал, - да, - и он тут же, почти не дожидаясь ответа, продолжил заученную фразу – вы не будете возражать, если я предложу вам экскурсию по местным достопримечательностям, - совершенно бесплатно, - торопливо добавил он, - и опять вызубренное – я пытаюсь немножко есть тренировать свой английский, чтобы иметь возможность попутешествовать по миру. Я вам тут все показать, я буду хорошо стараться, и все совершенно бесплатно. Вы не могли бы согласиться на мое предложение?
- О-оооо_кей, - нехотя проскрипел я вслух, а сам в это время думал, - Вот же ж черт, мало того, что дождина, тут еще этот, едва говорящий по-английски со шпаргалкой. В голове у меня четкий план с расписанием, что и как обежать оптимальным способом, пофотографировать вволю, полюбоваться, подумать о своем, а тут этот вот японец. – Правда? Спасибо, спасибо огромное – сверившись с бумажкой, перевернув страницу, - за оказанную мне честь, - радостно воскликнул японец, услышав мое ленивое согласие, и еще раз сверился со своими бумажками. – Мы сейчас обойдем эту пагоду, пройдем мимо музея, посмотрим храм Большого Будды, а потом..... – залопотал он на ломаном английском, заменяя почти все Л на Р.
- Только я буду много фотографировать, с остановками, - предупредил я его.
- Вы не могли бы повторить, что вы сказали, только помедленнее? Попросил японец. Он заметно нервничал, руки у него слегка дрожали, и каждую фразу, прежде чем сказать вслух, он дважды сверял со своими бумажками. Дождь усилился, добавился ветер, и брызги залетали под зонтик, бумажки у него стали намокать и приобретать вид мочалки.
- Скажите пожалуйста, как ваше имя? – спросил он, и, удерживая зонтик, полез в карман за авторучкой. – Call me Misha, - ответил я, и спросил его имя. Его звали Сугимото. Мистер Сугимото-сан, значит, по-нашему. Я с завистью подумал о том, как ловко от него избавились – и ведь прямо у меня на глазах - предыдущие кандидаты на экскурсию. Без жалости, однако, смотреть на Сугимотину суету со шпаргалками было невозможно, и, следуя японской философии, я решил терпеть, ничему не удивляться, и попросту считать, что вот так, значит, и надо, раз так вышло.
Мы обошли пагоду, он попытался немного рассказать о ее истории, не слишком успешно, впрочем (пагода построена в 700-х; отреставрирована в 1400-х, является второй по высоте в Японии); потом мы вышли к музею Нары, обошли группу оленей со школьниками и начали подниматься в гору. Я спросил Сугимото, как он так решил стать экскурсоводом. Он объяснил, что осенью вышел на пенсию, что ему 53 года, что он работал инженером в Шарп, в подразделении банковских технологий, MICR printers and readers. Потихоньку его стеснительность и волнение начали отпускать, английский улучшился и уже потек плавнее, прямо на глазах. Он учил английский давно, в университете, но с тех пор не пользовался. За всю жизнь был один раз в Штатах, в ЛА, лет 20 назад, одну неделю.
Вскоре мы подошли к Todaiji Temple - Daibutsuden. Сугимото-сан засуетился, попытался свой билет купить сам, но я ему не дал.
По пути к храму надо пройти большие ворота, им более 1000 лет. С боков ворота охраняют устрашающие скульптуры.
Храм перестроен заново после пожара, в 1709, 2/3 оригинального размера; это самое большое в мире деревянное здание. Будда – 16 метров, одна из самых больших бронзовых статуй. Изначально был отлит в 746 году. Это – уже повторный отлив. 437 тонн бронзы и 130 кг золота.
Дети пролезают в дыру в столбе. По преданию эта дыра - ноздря Будды, и тому, кто через нее пролезет, будет счастье. Сугимото-сан в детстве тоже лазил.
Сугимото-сан разрешил себя сфотографировать. Долго отнекивался, но я ему сказал - жена спросит, с кем на экскурсию ходил? С девушкой-гидом, небось? А я ей тогда фотографию покажу. Этот довод оказался убедительным.
Далее Сугимото-сан повел меня через темный парк. Черные ветви деревьев, накрывающие древние каменные светильники вызывали мистические ощущения. К этому времени мы уже довольно свободно разговаривали, найдя общий язык, необходимый лексикон и привыкнув к произношению. Дождь, по-видимому, продолжался, так как рукав моей куртки с одной стороны был совершенно мокрый; при этом с моим спутником было легко и интересно, и понятно, куда мы идем, карта валялась забытая в кармане; я испытывал тихую радость, будучи избавленным от задач ориентирования на местности.
- Осенью здесь очень красиво, - сказал Сугимото, когда листья становятся красными и желтыми.
- В России мы называем это время Золотой Осенью, - сказал я.
-Правда? – обрадовался Сугимото. По-японски, дословно, у нас это тоже называется Золотым Временем Осени. Он назвал созвучные иероглифы – осенний листопад и золото звучат по-японски очень похоже.
Вскоре мы пришли к храму Kasuga Taisha.
У входа в храм стоят пожертвования Будде - бочки саке и ящики пива.
Здесь Сугимото-сан показал, как следует по-буддийски омывать руки в источнике перед входом в храм. Набрать чуток воды из-под струи в ковшик, полить на одну, на другую руку, а остатку дать стечь по ручке ковшика, подняв его вертикально, чтобы он остался чистый.
Kasuga Taisha изначально сооружен в 8-м веке; деревянная структура перестраивается каждые 20 лет. Это синтоистский храм.
Далее, от Касуги, аллеи идут вверх, по подножию горы. Верх горы скрыт облаком и аэрозолью дождя. Мертвые каменные светильники. Как они должно быть, светятся в сумерках. Чем выше мы поднимались, тем больше было светильников вдоль тропы, и вскоре они уже стали попадаться даже в два ряда.
По поверью, в оранжевых "ульях"-избушках живут боги.
Сугимото-сан привел меня к двум маленьким храмам, которые вообще едва ли упоминаются в путеводителях. Он долго извинялся, т.к. они не имеют столь важного архитектурного или исторического значения с точки зрения туриста, однако они играют очень важную роль в духовной жизни японцев.
Kasuga Wakamiya: Honden - Храм успешного бизнеса.
Kasuga Wakamiya Hainoya - Храм Любви и Благоденствия.
(Кажется, правильно написал названия; точно не уверен).
Храм любви и благоденствия. Внутри – легко и светло, бамбуковые стены и циновки, мягкий свет, что особенно удивительно после холодных темных аллей под черными скрюченными ветвями, и рядов мертвенно-молчаливых каменных лампад. Пожилая очаровательная японка с круглым лицом, лучистыми глазами и молчаливой, согревающей улыбкой. Сугимото рассказал ей обо мне, об оставленной дома семье, о моем путешествии. Японка заговорила тихим, шелковым голосом, полезла куда-то в шкафчик, достала белый конвертик с иероглифами, вложила в него малюсенький другой конвертик с какими-то письменами и протянула его мне. – Это подарок тебе, сказал Сугимото. – Домо аригато гозаймас, - сказал я и поклонился. Японка заулыбалась, поклонилась несколько раз, - Пожалуйста-пожалуйста, не стоит благодарности. Спасибо, что зашли. Приезжайте в следующий раз с женой (не знаю, как я все это понял, но именно так она и сказала).
Мы вышли.
– А что в конвертике? – спросил я. – Там рисовое зернышко, символизирующее будущий урожай, чтобы было процветание и счастье в вашем доме, - ответил Сугимото.
На улице, под дождем, вблизи храма стояло пятеро итальянцев и, как стадо баранов, смотрело на ворота, преиодически сверяясь с путеводителем и картой. Пара особо любопытных из них все же заглянули в храм; японка сидела, не двигаясь, как статуя, чуть-чуть улыбалась и молчала, глядя сквозь них.
От храма отходила в темноту парка, над ручьем, узкая тропинка - Тропа Любящих Новобрачных, о чем извещала маленькая табличка с иероглифами. Когда-то Сугимото с женой шли по той тропе после свадьбы. Меня он тактично повел в обход.
Сугимото и я шли от храма через темные аллеи, сквозь ряды каменных светильников вниз, в основном молча.
Остановились у маленькой чаевни с бамбуковыми решетками, внутри, удобно устроившись в уголке, выпили зеленого чая и съели по маленькой (но удивительно сытной) чашечке сладкого бобового супа с рисовой котлеткой. Потом пошли дальше вниз.
Аллея парка изогнулась в последнем изгибе, обогнула куст и дерево, пронырнула под воротцами и закончилась, как отрезало, на городской улице Нары, на другой стороне стояли японские дома, напоминающие хижины, с окнами, закрытыми бамбуковыми циновками. Мы стояли на границе старых кварталов Нарамачи. Наша экскурсия закончилась, настала пора прощаться. – Сугимото-сан, - спросил я, - а давно вы вот так экскурсии устраиваете?
- Сегодня первый раз, смущенно ответил Сугимото с робкой улыбкой, и его английский немножко высох. Спасибо большое, что вы согласились со мной провести время и выслушать мой очень неуклюжий рассказ, - добавил он и поклонился.
- Совсем даже не неуклюжий. У вас на самом деле здорово получается, - возразил я, и тоже начал чего-то стесняться. Мы по-японски раскланялись, поблагодарив друг друга несколько раз, и Сугимото, пригнувшись, сосредоточившись и накрывшись зонтиком, прибирая ставшими ненужными шпаргалки, и все равно держа их бережно двумя руками, пошел по своим делам, аккуратно переступая через лужи.
Неподалеку на тротуаре стояла все та же, известная пара туристов, вертящих карту и так, и эдак. Они выглядели уставшими, в том числе, и друг от друга, промокшими и разраженными, судя по жестам и обрывкам фраз, обсуждали маршрут и решили парк и Храм любви пропустить и идти назад на поезд.
-----------
Я еще с часок, наверное, погулял по Нарамачи. Там симпатичные домики и маленькие ресторанчики.
Выйдя к озеру у 5-этажной пагоды, я постоял немного, посмотрел на круги, разбегающиеся по воде от капель дождя, и пошел на станцию.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2008-05-01 02:30 am (UTC)1. нара 楢 - из нараямы = дуб, дубовая гора
2. нара 奈良 - из города где ты был = никто не знает что значит, предпологается что это от глагола "сделать плоским".
no subject
Date: 2008-05-01 05:13 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:18 am (UTC)вот такая
平城 - плоский замок значит
то что тебя путает - это просто то что в японском языке очень мало звуков и сильно много слов которые звучат абсолютно одинаково. но это не значит что они синонимы или однокоренные. это как замок и замок в русском всё %) - совершенно разные нары.
no subject
Date: 2008-05-01 05:24 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:32 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:37 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:29 am (UTC)Что там в Сиднее с паромами, кстати?
no subject
Date: 2008-05-01 05:39 am (UTC)с паромами - паромы есть!
no subject
Date: 2008-05-01 05:44 am (UTC)С паромами - в новостях какой-то ужастик. Это, по-видимому, не паром, а небольшая (прогулочная?) калоша с молодежью.
no subject
Date: 2008-05-01 05:50 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:53 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:24 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:27 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:38 am (UTC)奈良山
да и то это название не горы, а кагой-то дыры в ней %)
no subject
Date: 2008-05-01 05:45 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:50 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:54 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:56 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 05:58 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 06:07 am (UTC)http://ja.wikipedia.org/wiki/%E6%B1%81%E7%B2%89
no subject
Date: 2008-05-01 06:08 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 06:17 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 06:19 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 06:27 am (UTC)no subject
no subject
Date: 2008-05-01 05:51 am (UTC)спасибо, что согласились послушать его экскурсию -- а то я уж переживать начала, человек старается, а его игнорируют.
зы.
как раз начала смотреть дораму про учителя-неудачника, который поехал работать в Нару, а там познакомился с оленем=хранителем связи человечества и природы :)
no subject
Date: 2008-05-01 05:55 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 02:10 pm (UTC)Хорошо, что был дождь. Попробуйте вот мысленно "переложить" те же виды на солнечную погоду - чепуха ведь получится, плоская и скучная.
no subject
Date: 2008-05-01 02:38 pm (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 10:16 pm (UTC)no subject
Date: 2008-05-01 10:20 pm (UTC)no subject
Date: 2008-05-06 11:26 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-14 08:18 am (UTC)красиво написал, очень здорово передал настроение. Да, с японцем тебе действительно повезло:) Но на самом деле одну и ту же ситуацию можно воспринять и передать по-разному. Так что, твоя заслуга, что все так удачно сложилось, тоже есть:)
no subject
Date: 2008-05-15 01:38 am (UTC)